среда, 1 марта 2017 г.

Джеймс Финн Гарнер - Политкорректные сказки на сон грядущий

Джеймс Финн Гарнер
Случайно натолкнулся на забавную книжицу американского писателя-сатирика Джеймса Финна Гарнера (James Finn Garner), которая называется "Политкорректные сказки на сон грядущий" (Politically Correct Bedtime Stories). Это такой хулиганский отклик на эпидемию политкорректности и толерантности, поразившую "цивилизованный" мир. Видя, как политкорректность проникает во все сферы жизни, Гарнер решил довести дело до логического конца, и переработал всем известные нам сказочные сюжеты в духе модных веяний и "правильных" подходов. Результатом и стала эта небольшая книжечка. Литературных высот она, разумеется, не берет, зато сатира получилась любопытная и злая. Особо стоит отметить, что написан сборник в далеком уже 1994 году, но актуальности до сих пор не потерял. Слава Богу, для нас эта тема остается пока заграничным курьезом, а вот в Америке дело обстоит совершенно иначе. Однако сам факт выхода книги Гарнера и ее популярность у читателей сулит надежду, что есть здравомыслящие люди, способные противостоять вирусу..
Чтобы читатели блога могли составить свое собственное представление, я перевел одну из "политкорректных" сказочек, и вы можете с ней ознакомиться, благо, что она совсем невелика.



Златовласка

Книга в "Амазоне"
За чащобой, за рекой, глубоко-глубоко в лесных дебрях обитало одно медвежье семейство: Медведь-Папа, Медведь-Мама и Медведь-Дитя. Жили они все вместе на человекоподобный манер в маленькой хижине, образуя типичную семью. Разумеется, оный факт вызывал у них сожаление, так как типичная семья традиционно способствует порабощению женщины, прививает своим членам ханжеский морализм и воспитывает в подрастающем поколении навязчивый образ гетеросексуальных ролей. Тем не менее, медведи не падали духом и старались избегать означенных ловушек. Например, называли своего отпрыска не окрашенным гендерно словом «Дитя».
В один прекрасный день они сидели в своем человекоподобающем домике и завтракали. Медведь-Папа разлил по большим мискам щедрые порции исключительно натуральной каши. Но снятая прямо с огня каша оказалась слишком температурно агрессивной, чтобы ее есть. Поэтому медведи оставили миски остывать, а сами тем временем отправились навестить своих зверей-соседей.
Едва хозяева ушли, из кустов появилась страдающая острым недостатком меланина юная особа и прокралась в хижину. Звали эту особу Златовласка, и она вот уже много дней вела наблюдение за медведями, ибо являлась биологом, специализирующимся на изучении антропоморфных медведей. Некогда Златовласка была профессором, но проповедуемый ею типично мужской, грубый и напористый, подход к науке, как-то стремление сорвать с Природы ее деликатный покров, обнажить ее тайны, проникнуть в сокровенную глубину, воспользоваться ей ради собственных корыстных целей, а затем хвастать подобным варварством на страницах различных журналов, привел Златовласку к отставке.
Коварный биолог наблюдала за хижиной в течение довольно продолжительного времени. Она поставила для себя задачу нацепить на медведей ошейники с радиомаяком и проследить за миграцией и прочими жизненными циклами этих животных, бессовестно пренебрегая их правом на гражданскую (или, точнее, зверскую) личную жизнь. Итак, Златовласка вломилась в дом медведей с целью научного шпионажа. На кухне она подмешала в миски с кашей снотворное. Затем прошла в спальню, и установила под подушкой у каждой кровати по капкану. В ее планы входило усыпить медведей, а когда те повалятся на постели и их головы коснутся подушек, защелкнуть вокруг их шей  ременные радио-ошейники.
«Эти медведи станут моим пропуском на вершину науки! — думала Златовласка, посмеиваясь. — Я покажу этим размазням из университета, какой дух нужно иметь, чтобы проводить настоящие исследования!». Она притаилась в углу спальни и стала ждать. Ждать, ждать, ждать… Время шло, а медведи все не возвращались с прогулки, и Златовласка задремала.
Наконец животные вернулись, и сели завтракать. Но тут же остановились.
— Мама, а твоя каша не… не воняет? — спросил Медведь-Папа.
— Воняет, — ответила Медведь-Мама. — А твоя, Дитя?
— Да. Чем-то хи-имическим.
Объятые подозрениями, животные встали из-за стола и вышли в гостиную. Медведь-Папа принюхался.
— Мама, а тут ничем не пахнет?
— Пахнет, — ответила Медведь-Мама. А ты что-то чуешь, Дитя?
— Чую, — сказал Медведь-Дитя. — Пахнет мускусом, потом и вообще чем-то не очень чистым.
Встревоженное семейство отправилось в спальню.
— Мама, ты видишь под моей подушкой капкан и радио-ошейник? — спросил Медведь-Папа.
— Да, — ответила Медведь-Мама. — А ты видишь капкан и радио-ошейник под моей подушкой, Дитя?
— Вижу, — сказал Медведь-Дитя. — И еще вижу человеческое существо, которое положило их туда!
Дитя указало на угол, в котором прикорнула Златовласка. Медведи зарычали, Златовласка вздрогнула и проснулась. Она вскочила и попыталась убежать, но Медведь-Папа взмахнул лапой и схватил ее. И Медведь-Мама сделала тоже самое. Превратив Златовласку в существо, лишенное способности свободно передвигаться, Медведь-Мама и Медведь-Папа стали рвать ее когтями и зубами, и вскоре сожрали. От пронырливого биолога остались лишь клок желтых волос и сумка.
Дитя изумленно наблюдало за родителями.
— Мама, Папа, что вы сделали? — спросил Медведь-Дитя, когда все закончилось. — Я думал, что вы вегетарианцы!
Медведь-Папа рыгнул.
— Так и есть, — сказал он. — Но мы всегда открыты чему-то новому. Гибкость — это еще одно из преимуществ мультикультуральности.

Комментариев нет:

Отправить комментарий